«Грузинская мечта» изменила представление о том, кто является друзьями Грузии, а кто ее врагами. Об этом заявила Лора Торнтон, директор программы «Глобальная демократия» Института Маккейна, на брифинге, состоявшемся в Хельсинкской комиссии США.
По ее словам, Грузия по-прежнему остается ключевым маршрутом для России, позволяющим обойти санкции.
«Грузия начала помогать России, а не Украине. Она по-прежнему остается ключевым маршрутом для России, позволяющим обойти санкции. Это действительно иронично, учитывая, что Украина и Грузия имеют много общего, а 20% территории Грузии оккупировано Россией. Лидеры Грузии нападают на Украину и Зеленский.
Они молчат о России и переносят свои атаки на Европу и США. Они называют нас «враждебными игроками», обвиняют нас в том, что мы являемся частью «глобальной военной партии», которая втягивает Грузию во второй фронт, и обвиняют Европу в том, что они сами называют «либеральным фашизмом». Напротив, «Грузинская мечта» открыто называет Китай и Иран своими друзьями, союзниками и партнерами. Например, есть фотография, на которой премьер-министр Ираклий Кобахидзе стоит рядом с представителями ХАМАС в Тегеране. Таким образом, «Грузинская мечта» действительно перевернула сценарий о том, кто является друзьями Грузии, а кто — врагами», — сказал Торнтон.
По его словам, признаки «демократического отката» в Грузии появились давно.
Многие считают, что откат демократии в Грузии – явление новое и стремительное, но признаки этого были заметны уже давно.
Во-первых, «с самого начала правления правительства «Грузинской Мечты» существовал фатальный недостаток, и этим недостатком был Иванишвили, олигарх российского происхождения». Иванишвили никогда не был привержен демократическим принципам или процессам и всегда был связан с Россией, которая сделала его богатым.
Во-вторых, широкая коалиция [Грузинской мечты] начала распадаться десять лет назад, в 2015 году, когда от нее начали отходить более продемократические и прозападные партии.
В-третьих, российские нарративы и дезинформация начали использоваться против меньшинств и женщин. Это быстро переросло в нападения на гражданское общество, «врагов государства», СМИ и институты, уравновешивающие правительство», — сказала Торнтон.
