Профессор компьютерной инженерии Нана Дихаминджиа отвечает на заявление правительства «Грузинской Мечты» о слиянии ТГУ и Технического университета. По ее мнению, слияние этих двух государственных вузов фактически означает упразднение Технического университета.
Диахминджия анализирует вероятные причины запланированных шагов в сфере высшего образования, которые мы приводим без изменений:
«Они объединяют ТГУ и Технический университет, но на самом деле ликвидируют Технический университет. Как они решилис на эту ерунду, я могу рассказать, сопоставив информацию разных источников. Я, конечно, не могу ручаться за достоверность ни одной из них, но со стороны все выглядело именно так.
Они решили уничтожить Государственный университет Ильи и придумывали, как сделать это законно.
Кобахидзе (поскольку он очень мало знает об университетах) придумал идею «один город — один факультет»: ТГУ останутся правовые, естественные науки и экономика; Техническому университету — технологии и инженерия. Университету Ильи придется отказаться от всего, кроме педагогики и иностранных языков. Им все равно не нужен Сухумский университет, и в любом случае они планируют закрыть абхазский вопрос в ближайшем будущем. В результате Угиверситет Ильи потеряет 70% своих программ, потеряет своих профессоров и не сможет протестовать.
Между тем, ТГУ имеет аккредитованную ABET программу по информатике и инженерные лаборатории стоимостью два миллиона долларов, подаренные Millennium Corporation (кстати, они также подарили такие же инженерные лаборатории Университету Ильи). Технический университет также имеет факультеты бизнеса и права — довольно значительную группу, с собственным исследовательским центром и академическим журналом. Оба университета имеют физиков, которые сотрудничают с CERN. У них есть и несколько похожих программ — между ними разгорелась небольшая борьба, и в течение последних двух месяцев шла такая перепалка, что до сих пор не решено, кто получит какую программу, поэтому информация для абитуриентов не может быть опубликована. Говорят, что информация не будет доступна раньше марта.
Еще есть проблема рейтингов университетов: в настоящее время Университет Ильи и ТГУ — единственные из Грузии, которые появляются в международных рейтингах (насколько я видел, Университет Ильи обычно опережает), а Тбилисский государственный технический университет появляется редко. Если убрать флагманские программы и исследования Университета Ильи и частично лишить их ТГУ, оба университета опустятся в рейтинге и не смогут попасть в число заметных (например, в тысячу лучших университетов мира). Это нанесет ущерб высшему образованию в Грузии в целом, потому что рейтинг одного университета в стране отражается и на других.
Миканадзе подошел к Кобахидзе: «Ах, что же нам делать с этими рейтингами? Для нас плохо, что к следующему году рейтинг ТГУ упадет, и они будут нам это тыкать в лицо». А там инженеры из ТГУ и Технического университета убивают друг друга. Кобахидзе подумал на мгновение: «В чем проблема? Давайте объединим два университета, и наш рейтинг поднимется». Миханадзе едва осмелился сказать: «Как мы можем потерять имя Джавахишвили? Люди сойдут с ума», — сказал он Кобахидзе. «Ну, тогда давайте оставим ТГУ и просто объединим с ним Технический университет», — был его ответ.
Будущие студенты и профессора уже обеспокоены, сказали Кобахидзе. Ну что ж, давайте не сокращать места в этом году, а потом они просто постепенно сократятся. Грузинский народ привык к медленному кипячению, так что он переживет и это. Так и было решено — два огромных университета будут искусственно объединены таким образом, 90% программ останутся, а профессора пока не тронут. Но в Университете Ильи будет сокращено 70% программ. Чтобы создавать такую уродливость, нужно совершенно не понимать, как развивается университет, что такое внутренняя университетская культура и качество. Или какого огромного количества работы потребует слияние таких сложных структур – даже с точки зрения информационных систем. Забавно, что большая часть профессорско-преподавательского состава искренне верит, что они останутся на своих постах. Но так не будет — в результате слияния программ треть неизбежно уйдет. Надо ненавидеть свою страну, чтобы так разрывать ее университеты. Как может страна быть на столько оглупевшей, отупевшей, чтобы это принять.
К сожалению, я не вижу ни ресурсов для реальной борьбы, ни возможности победы до выборов, если протестное движение не претерпит полной трансформации и не объединит энергию всех организаций и партий. Я также не вижу, чтобы кто-то готовился к выборам. Единственное, на что сейчас есть возможность, — это проведение крупных митингов с определенной периодичностью, чтобы международное сообщество услышало голос протеста. Ясно одно: молодежь подвергается давлениям со всех сторон с целью ее полной трансформации, как это происходило в первые годы существования Советской Грузии. Поэтому я буду продолжать активно проводить образовательные программы, пока у меня есть такая возможность. Скоро, вероятно, и это ограничат, потому что мы шаг за шагом идем по пути России, причем в два раза быстрее».
